Рассказ "Блокчейн"

Запись: 4abbe6bc-ae28-42c8-9c84-c96548923f0d

Предыдущая запись: 4e792675-0ede-4bd8-a97e-ab3352608171

Субъект: Светлана Нарзаева, 12 лет

Статус: мертва

Причина: уточняется

Запись: dd752b29-11db-43dc-945f-c22db3768368

Предыдущая запись: 4abbe6bc-ae28-42c8-9c84-c96548923f0d

Субъект: Артём Шилов, 35 лет

Статус: мертв

Причина: уточняется

* * *

Дверь скрипнула. Илья вздрогнул и обернулся. Инстинктивно обернулся, понимая, что выдает себя своим поведением. От этого понимания его рука дрогнула, и он уронил е-паспорт на стойку.

Никто не пришел за ним. Просто мужчина, сидевший на скамейке в углу, вышел через скрипучую дверь, оставив на полу грязно-мутные следы. Натянув шляпу и закутавшись в серый промокший плащ, он быстро зашагал по мокрой дороге. 

Илья повернулся обратно и пересекся взглядом с блондинкой за окошком. Сглотнул. Та дежурно улыбнулась сиреневыми губами, взяла выпавший из его рук е-паспорт, провела им по терминалу. Пока терминал о чем-то размышлял, помигивая светодиодами, она принялась разглядывать его фотографию, задумчиво грызя ноготь. 

Рассказ "Пешка"

Ладонь, еще окутанная теплом так внезапно исчезнувшей отцовской руки, растерянно замерла. Паша беспомощно посмотрел по сторонам. Зыбкая взволнованная толпа, чуть нервная, шаткая палатка, откуда пахло чем-то жареным. Воздух над раскаленным асфальтом дрожал от нетерпения, ждал - что рассечет его? Вскрик? Взмах? Выстрел?  

Рассказ "Стужа"

Волк давно учуял мальчика. Потом услышал, как скрипит снег под валенками. И вот теперь увидел. Закутанный, замотанный шарфом, мальчуган заметил волка и остановился. 

- Не бойся, - сказал он, - я тебя не трону. 

Волк отвернулся и демонстративно зевнул. Он не был голоден, и еще ему не нравился запах дыма. 

Сын мой, дочь моя

Металлическая клешня выхватила Андрея из строя и потащила по коридорам звездного крейсера. Боевые товарищи лишь беспомощно смотрели вслед. На бегу клешня ловко выхватила из рук оружие, стащила боевой скафандр, нежно пришила оторванную пуговицу и запихнула обескураженного бойца в темную и тесную капсулу, где ремни вдавили его в холодное жесткое ложе.

- Государственная Машина приветствует вас. К сожалению, вы умерли. Ваше тело будет кремировано и возвращено родственникам на Землю. Спасибо что жили с нами все это время. Хорошего дня.

Капсула резко стартовала. Жар начал подниматься от пальцев ног до кончиков волос. Андрей не мог пошевелиться, не мог говорить, не мог даже думать – тяга, темнота и ужас сдавили его.

Спустя два дня бесконечного ожидания собственной кремации, Андрей ощутил адскую тряску входа в атмосферу, резкий удар - и в отчаявшиеся глаза хлынул солнечный свет. Он зажмурился, но свет невыносимо бил сквозь веки.

- Ваш прах возвращен родственникам, - торжественно произнес голос, - Приносим свои извинения за неполадки в работе крематора.

«Я тебе устрою неполадки», - мысленно пригрозил Андрей.

Рассказ "История одной лжи"

Дети маршировали вокруг знамени. Понарошку, играя, совсем не в ногу и с умильно-серьезными лицами. Александр, крепкий мужчина лет сорока, смотрел на них из окна и улыбался, щурясь от яркого солнца. Журчал фонтан, играла музыка, и цветущий сад раскачивался в такт под кристально чистым небом. Пальцами мужчина машинально постукивал по подоконнику, а потом поднес руку к глазам - ни пылинки.

Музыка смолкла, день сменил утро на часах. В дверь приемной ворвался партпсихолог, на бегу переодеваясь, извиняясь и раскладывая бумаги на столе. Александр смутился - молодой человек был ему незнаком - и неуверенно присел на стул.

- Я не ошибся? - спросил он на всякий случай.

Партпсихолог уселся в кресло, выдохнул и улыбнулся.

- Александр Егорович, все в порядке. Кирилл Игнатьевич совсем слег, и меня поставили его подменить. Сергей.

- Нда, жалко, - с досадой ответил Александр, и поерзал на стуле, - хороший мужик. Здоровья ему, привет передавайте.

- Обязательно, - закивал Сергей, - как вы поживаете? Как дети?

Александр помялся слегка, а потом, видимо, решился и вздохнул:

- Да вроде все в порядке. Влад на фронте - ну вы знаете - мы переписываемся. Наум… балбес растет, что с него взять. Может и выйдет толк, не знаю. Но дело-то не в том. Я... Кирилл Игнатьевич надолго заболел, да?

- Увы, - развел руками партпсихолог, - он на море сейчас, лечится. Вы рассказывайте, не смущайтесь. Что-нибудь придумаем.

- Я, - прикрыв глаза, Александр начал выдавливать из себя слова, - испытываю некий упадок... лояльности.