вторник, 4 июля 2017 г.

Рассказ "Обещаю"

Приступ фобофобии настиг Полину в кафе.
Часы напомнили о предстоящем затмении еще десять минут назад. Она даже специально зашла в здание, чтобы переждать. Почему, из-за чего, какая беспечная мысль одолела ее с подносом на пути к темному углу со шторками? Она встала, как вкопанная, у ростового окна, через которое сочился тускло-призрачный солнечный свет, выхватывая из воздуха пылинки.
А потом Фобос закрыл солнце.
Совсем ненадолго стало темнее. Двадцать секунд. Двадцать ударов сердца у нормального человека. Один удар сердца у Полины. В глазах потемнело, она выронила поднос и пошатнулась.
Когда приступ прошел, солнце сияло как прежде - тускло, бесцветно. Не как на Земле. Как на Марсе.
Перед глазами Полины растекалась чернота - это кофе - и млечный путь - это сливки. Сама она, к своему удивлению, не упала.
Что-то ее удержало.


* * *

Еще минуту спустя она сидела за столиком. Перед ней чашечка с кофе. Целая. Полная. Запах проник в ноздри и привел ее в чувство. Напротив - неизвестное ей лицо. Глаза смотрят украдкой, во взгляде чувствуется ожидание благодарности.
- Спасибо, - поблагодарила Полина и обожгла горло горячим кофе, чтобы окончательно придти в себя. Откашлявшись, она повторила тверже, глядя в глаза, - Спасибо.
- Не за что, - пожал плечами незнакомец, не переставая изучать ее глазами. Был в его взгляде какой-то неподдельный исследовательский интерес, будто редкую диковинку увидал.
Полина сделала еще один глоток и вдруг поняла, что кофе - крепкий, настоящий, с настоящими сливками. А у ее ноги чернели неубранные и незамеченные капли того, что могла позволить себе она.
Полина вздохнула.
- Я отдам вам за кофе. Обещаю.
Незнакомец поморщился и махнул рукой.
- Да бросьте.
Полина отставила чашку.
- Вы с Земли? - резко спросила она.
- Заметно, да? - уже не так уверенно ответил он.
- Марс держит слово. Слышали?
- Я много чего слышал. Это просто слоган, просто слова.
Полина покраснела.
- Ничего вы не знаете про Марс.
Незнакомец вдруг подвинулся ближе и серьезно глядя в глаза попросил:
- Так расскажите мне.

* * *

Натан оказался удивительно вменяемым землянином. Много слушал, много слышал, многое понимал. Или пытался понять. И рассказывал - о, как он рассказывал о Земле! О зеленых лесах, озерах, морях и горячем золотом солнце.
Волшебный мир, который не знал о циклах и фобофобии.
Конечно, это было не совсем так. Но так не хотелось слушать о чем-то плохом.
- Завтра увидимся? - настойчиво спрашивал Натан, - на том же месте?
- На том же не получится, - покачала головой Полина, - кафе будет закрыто.
- А почему… Ой, - спохватился Натан, театрально хлопнув себя по лбу, - циклы, да? Тогда где?
- Боюсь, не выйдет завтра. Надо закончить работу.
- А послезавтра?
Она вздохнула и пожевала губу задумчиво.
- Послезавтра меня не будет.

* * *

Они условились на две недели вперед, к следующему ее циклу. “Обещаешь дождаться?” - спросила она. “Обещаю”, - ответил он.
- И ты поверила, - сварливо поинтересовался старик Евгений. Он держал в руке увеличительное стекло и рассматривал добытые ею самородки.
- Марс держит слово, - ответила Полина, отправляясь просеивать песок. Два часа. Можно было бы отдохнуть. Но это означало бы два часа бесед со сварливым стариком.
- Только он землянин! - крикнул старик Евгений ей вдогонку. Но она уже вышла, сердитая, гордая. Молодая. Прямо как…
Он сморгнул и снова уставился на самородки. Блестящие, увесистые. А потом на свои руки - обтянутый кожей скелет.
- Много ли я успею за цикл, - пробормотал он и покачал головой. Со двора доносился стук бесчисленных песчинок в просеивалке. Песок, который Полина таскала с дальних окраин, с застолбленного Евгением участка.
Он вздохнул и взялся за инструмент.
- Раньше начну - больше сделаю, - рассуждал он, покачиваясь на стуле, - И потом, мне же не нужно столько спать, как раньше, - он потянулся, чувствуя, что не может уже распрямиться как раньше, - Почему я вообще хочу спать?
Через полтора часа просеивалка замолчала. Полина приняла душ, переоделась в “пижаму” и ровно в оговоренное время заняла свое место. Старик, нехотя оторвавшись от работы, подошел к капсуле криосна и закрыл крышку.
- Обещай, что разбудишь меня через две недели, - раздался ее глухой голос.
- Обещаю, - ответил старик и дернул рубильник.

* * *

- И он разбудил тебя.
- Ну, как видишь, - улыбнулась Полина.
- Надо же, - Натан казался удивленным, - Когда я пришел к вашему дому, он пообещал мне, что не разбудит тебя, пока я не уеду. Где-то в середине яростной речи о том, какую неприязнь он питает к землянам типа меня.
Полина нахмурилась.
- Не надо было приходить. Я же просила.
- Каюсь, - извинился Натан, - я не ожидал такого приема. Я надеялся, твой дублер позволит взглянуть на тебя спящей. Я… никогда не видел людей в криосне.
- Нечего там смотреть, - отрезала Полина и резко села на первую попавшуюся скамейку. Сжала руками край сиденья, закусила губу. Натан сел рядом, балансируя на грани наглости и извинения.
- Больше не буду, - примирительно сказал он.
- Ты обещал, - напомнила Полина, - Обещал, и не выполнил. Как все земляне.
- А, ну да, - закатил глаза Натан, - А что твой старик? Не сдержал слова?
- Есть разница, - сдержанно ответила она, - Обещать - или сказать в сердцах.
- Ну конечно, - откинулся он на спинку скамьи. Так они и сидели, глядя в разные стороны, пока солнце не скрылось за горизонтом.
А на следующий день они встретились снова.

* * *

- Не нравится мне, что ты с ним встречаешься.
Старик Евгений наносил последние штрихи. Партия браслетов красовалась на полках. Браслеты, которые он не успел доделать за прошлый цикл. Не успел отправить на Землю в сувенирную лавку приятеля Леона. А значит не выручил ничего.
Полина не могла бы выпить лишний раз кофе, если бы не Натан.
Полина не купила бы себе новые сапоги, взамен стоптанных на прииске, если бы не Натан.
Все это старик Евгений прекрасно знал. И потому повторил, будто бы спорил сам с собой.
- Мне не нравится, что вы встречаетесь.
- Не твое дело, - отрезала Полина. Она со злобой смотрела на сваленные в углу самородки. Старик предыдущую партию не извел. Смысла нет напрягаться напоследок. Придется сидеть, пить заваренный для него же чай и ждать. И слушать, слушать, слушать....
- А ты не груби, - повысил он голос, - лучше послушай что тебе умные люди говорят.
- Слышала сто раз.
- Плохо слушала. Это из-за Земли мы тут с тобой живем по очереди. Кто обещал снабжать колонию? Кто нарушил обещание? Земля не держит слово. Земляне - они все такие. Никто из них не держит слово. Даже мой приятель Леон. Не успел пообещать платить вперед, а уже сдал назад. И вот сидим мы с тобой без гроша.
- Это я заметила.
- И ты станешь такой же, если улетишь с ним.
- Тебе то что? - огрызнулась Полина, - Тебе-то будет хорошо. Будешь жить полной жизнью.
- Вот балда непонятливая, - разозлился старик, - Я же о тебе пекусь, а не о себе. Обманет он тебя.
- Все, я не хочу это больше слышать, - Полина встала с места и пошла к камере криосна, - Будь добр, дерни за рычаг.
Старик посмотрел на часы. На час раньше. “Надо разбудить ее на час раньше. Надо не забыть”
Он подошел к криокамере. Она - рассерженная, злая - была уже внутри. Закрыла глаза, поправила лезущую в глаза прядь волос. Глубоко и нервно дышала.
- Обещай мне, - процедила она сквозь зубы, не поворачивая головы.
- Обещаю, - вздохнул старик и дернул за рычаг.
Лицо ее вмиг побелело, побледнело, помертвело. Жуткое зрелище, если не видеть его каждые две недели. Как в морге. Как…
“Надо не забыть разбудить ее на час раньше”.
Старик подошел к столу, открыл блокнот и, послюнявив палец, пролистнул к нужной дате. Вздрогнул от неожиданности. Ведь в белоснежно-пустом ежедневнике была только одна запись, и именно в этот день.
“Попросить Леона положить цветы на могилу Гали”.
Он устало опустился на стул.
- Галя, Галя, - прошептал он, - И зачем тебя потянуло на эту чертову Землю? Зачем вас всех туда тянет?

* * *

- Даже не вздумай потащить ее не Землю ты, выскочка, - потрясая сухим кулаком грозил старик Евгений Натану. Тот пришел, как ему казалось, аккурат к Полининому пробуждению. Оказалось, ошибся на день.
- А вам-то какое дело, уважаемый? - надменно-презрительно отвечал Натан, - Вы ей даже не отец. Чужой человек.
- Это мы сами разберемся, - смутился старик Евгений, теряя запал - Без тебя.
- А если она вам так дорога, - продолжал Натан, - почему не дадите ей полную жизнь? Это справедливо - полжизни старика на полжизни молодой девушки?
На этот, казалось бы, финальный, убойный, непробиваемый аргумент старик неожиданно ухмыльнулся. Не случайно вспомнив что-то смешное, не нервно - а как-то злорадно и мстительно усмехнулся.
- Ха. Не тебе, землянину, говорить о справедливости. Вы, - он ткнул худощавым пальцем ему в грудь, - бросили колонию, бросили нас. Не меня вини, вини себя. В том что у нее лишь половина жизни. А если слухи не врут, вы скоро опять урежете поставки. И будет у нее треть жизни. Справедливо, а?
- “Земляне”, “земляне”, - поморщился Натан, - а то, что Поля - тоже землянка, вас никогда не смущало?
И вот тут старик опешил. Тут он ссутулился, сдулся, сдался. Натан удивленно поднял бровь.
- Она не сказала?


* * *

- В пять лет меня отправили сюда, - смущенно объясняла Полина, - Что-то не поделил мой папаша при разделе власти. И нам стали угрожать. Так, по крайней мере, мне рассказывали. Я никого из родных не помню и не знаю. Выслали меня инкогнито. Может, и зовут меня не Полина.
Старик молчал и раскачивался на стуле. Сделал он за этот цикл еще меньше, чем за прошлый. Накрылась партия. Надо доживать вырученное за прошлую.
- И ты мне не сказала, - проскрипел старик.
- Да я же знала, как ты не любишь землян, - оправдывалась Полина, - ты же только об этом и говорил, сколько я тебя помню.
- Помнишь что-нибудь на Земле? - спросил он неожиданно.
- Что-то помню… Помню сад. Помню яблони. Помню птиц. Кузнечиков… - она вдруг усмехнулась, - я наверное и к Натану потому и привязалась. Он про все это рассказывал, и я превращалась в себя маленькую. Когда у меня еще были родители, дом. И даже щенок был. Смешной такой.
Старик вздохнул и встал со стула. Проковылял к крио-камере и, согнувшись в три погибели, вкарабкался внутрь. Она подошла к нему, и костлявая рука вдруг схватила ее за плечо.
Пальцы старика дрожали.
- Обещай… обещай, что разбудишь через две недели. А потом… потом лети куда хочешь. Обещай!

* * *

Позже Полина сидела в кафе, где ее накрыл приступ, и вспомнила тот день.
Она тогда встала у окна, замерла, как вкопанная. Потому что в дальнем углу сидел Натан. В руках его был планшет и он смотрел фотографии зеленых садов и синих морей. Она завороженно смотрела на него, как ребенок, на движущиеся картинки в его руках. Тогда-то Фобос, подкравшись, затмил для нее солнце.
Она покачнулась и почти упала. Только Натан не успел бы подбежать и подхватить ее. Нет, он подбежал уже позже. Она устояла на ногах, потому что дала обещание.

* * *

- Я обещаю, - ответила она, и дернула за рычаг.

* * *

Натан пришел на следующий день, но Полины дома не было. Он нашел лишь записку от нее. Эту записку он взял с собой на Землю. Сидя в комфортабельном лайнере, он раскрыл ее еще раз, пытаясь понять и постичь.
“Марс держит слово. Слово держит Марс”.

Но для него это были просто слова.

Комментариев нет:

Отправить комментарий